Я мать вспоминаю …, всегда провожая,
Шептала: – «Свят, свят …» и вдогонку крестила,
Украдкой скупую слезу утирая,
О вере же в Бога нам не говорила.
А если бы – «да»? Что бы с нею случилось?
И с нами – четвёркой мальчишек голодных,
Когда б без работы она очутилась
На «вольных просторах республик свободных»?
Тем более, в школе трудилась, – учила
Великому русскому слову детишек,
И как воспитатель сполна б получила
На всю жизнь запретов, презренья и «шишек».
Но мудрости зёрна из Вечного Слова
Конечно же многим в сердца заронила,
Внушая настойчиво, снова и снова,
Где зло и добро, а в чём слабость и сила …
Доходчиво так объясняла «свободу»: –
«Смысл – в выборе вечном: – Хочу или надо!
Лишь он в жизни будет вам делать «погоду» …
Судья в этом – совесть, она же – награда!»
Старалась раскрыть нам суть басен Крылова,
Народных пословиц да иносказаний: –
«Молчание – золото …», «Дал – держи слово …»,
«Упорно работай …», «Нет жизни без знаний …»
Напутствуя, била мне по лбу ладошкой: –
«Смотри ж, не плошай, но на Бога надейся!
На каждого с сошкой есть семеро с ложкой!
Всё делай по правде! Да первым не смейся!»
* * *
Давно это было, но всё сожалею,
Что плохо внимал материнским наказам.
Уверен излишне был, думал − сумею
Найти себя в жизни достойно и сразу!
Простит меня мать! Был я сыном неважным −
Любил, но не так …, оставлял без вниманья,
Но встретимся мы в новой жизни однажды
И я повинюсь со стыдом осознанья …
Нет, я не пошёл бы другою дорогой –
Предательской трусости, лжи или лести
Не лишь потому, что с решимостью строгой
В нас мать пробуждала понятие чести!
Был сделан уже очень важный шаг к Свету;
Жаль, он растянулся на долгие годы,
Но чувствовал я, невзирая на это,
Тепло и заботу сквозь «зло непогоды».
Теперь наше прошлое кануло в вечность,
Оставив нам раны щемящие больно, –
Следы бездуховности …, а человечность
Вздохнула, как - будто свободно и вольно.
Я только хочу, чтоб не вечности жажда,
Не страх перед смертью являлись предлогом
Стремления в веру, а то, что однажды
Сердца заставляет открыться пред Богом … –
Сознанье греха это, тьма и зло быта,
Готовность к борьбе, сострадание к людям …
Так пусть же мы каждому будем открыты
Любовью Христовой и с нею пребудем!
Пребудем с любовью, с надеждой святою
В деяньях добра и духовных сраженьях,
С молитвою, Словом и верой живою
На истинно добрых путях возрожденья!
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы,
замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать
оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам
совершенствовать свои творческие способности
Публицистика : Феноменология смеха - 2 - Михаил Пушкарский Надеюсь, что удалось достичь четкости формулировок, психологической ясности и содержательности.
В комментарии хотелось бы поделиться мыслью, которая пришла автору вдогонку, как бонус за энтузиазм.
\\\"Относительно «интеллектуального» юмора, чудачество может быть смешным лишь через инстинкт и эмоцию игрового поведения.
Но… поскольку в человеческом обществе игровое поведение – это признак цивилизации и культуры, это нормальный и необходимый жизненный (психический) тонус человека, то здесь очень важно отметить, что «игра» (эмоция игрового поведения) всегда обуславливает юмористическое восприятие, каким бы интеллектуальным и тонким оно не было. Разве что, чувство (и сам инстинкт игрового поведения) здесь находится под управлением разума, но при любой возможности явить шутку, игровое поведение растормаживается и наполняет чувство настолько, насколько юмористическая ситуация это позволяет. И это одна из главных причин, без которой объяснение юмористического феномена будет по праву оставлять ощущение неполноты.
Более того, можно добавить, что присущее «вольное чудачество» примитивного игрового поведения здесь «интеллектуализируется» в гротескную импровизацию, но также, в адекватном отношении «игры» и «разума». Например, герой одного фильма возвратился с войны и встретился с товарищем. Они, радуясь друг другу, беседуют и шутят.
– Джек! - спрашивает товарищ – ты где потерял ногу?
- Да вот – тот отвечает – утром проснулся, а её уже нет.
В данном диалоге нет умного, тонкого или искрометного юмора. Но он здесь и не обязателен. Здесь атмосфера радости встречи, где главным является духовное переживание и побочно ненавязчивое игровое поведение. А также, нежелание отвечать на данный вопрос культурно парирует его в юморе. И то, что может восприниматься нелепо и абсурдно при серьёзном отношении, будет адекватно (и даже интересно) при игровом (гротеск - это интеллектуальное чудачество)\\\".
